Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

последнее поколение (Чарлз Буковски)

(перевод с английского)

было много легче быть гением в двадцатых, существовало
только 3 или 4 литературных журнала и, если ты попадал в них
4 или 5 раз, то вполне мог очутиться в салоне Герты,
возможно, встретиться с Пикассо за стаканом вина или,
быть может, только - с Миро.

и, конечно, если ты посылал свою вещь из Парижа,
шансы на публикацию становились гораздо лучше.
большинство писателей ставили под рукописью
слово «Париж» и дату.

и под эгидой была возможность
писать, есть, пить, ездить в Италию и иногда
в Грецию.
было приятно фотографироваться с другими, подобными тебе,
было приятно выглядеть опрятным, стройным и загадочным.
фото, снятые на пляже, были особенно хороши.

и да, ты мог переписываться с 15-тью или 20-тью
другими,
сплетничая о том и о сём.

ты мог получить письмо от Эзры или от Хэма; Эзра любил
наставлять, а Хэм любил оттачивать свой стиль
на письмах, когда не писалось другое.

это была знатная, романтическая игра, полная буйных
открытий.

ныне

ныне такое множество нас, сотни литературных журналов,
сотни газет, тысячи наименований.

кто сможет выбраться из этой навозной кучи?
не стоит и спрашивать.

я оглядываюсь назад, я читаю книги о жизни юношей
и девушек – двадцатых.

если они были Потерянным поколением, как бы вы
назвали нас, сидящих здесь, между боеголовками,
за нашими электропишущими машинками?

Последнее поколение?
Read more...Collapse )

я раньше думал (Чарлз Буковски)

как было бы здорово, поучительно
сидеть, выпивая и беседуя, в обществе
Хемингуэя и Паунда, э. э. каммингса,
Гертруды Стайн, Дос Пассоса, Лоуренса и т. д.,
но, когда я думаю о писателях,
которых я в действительности встречал,
великих и малых, обычных и редких,
я испытываю сомнение,
и я осознаю, что
писатели того времени, вероятно, были такие же
сукины дети, такие же любители сплетен, такие же
эгоцентристы,
такие же унылые и несносные в общении,
как и те, которых я лично знал. они также
тогда, в хвалёные гремящие 20-е,
вероятно, начинали нести чепуху после
3-тьей рюмки, начинали лепетать о своей
литературной и сексуальной доблести
невыносимо громкими голосами без малейшего
намёка на юмор.

те, кого мы избираем в качестве наших
литературных
идолов,
могут быть такими болванами, такими жопами
во плоти,
будто они обменяли всё, что имели, на
бумажную строчку, и после этого
просто ничего не осталось
от них.
бедные существа, избавленные от своих
ощущений, они оставили всё это на бумаге,
как бы подтерев листами задницы.

я держусь подальше от других писателей,
я работаю в одиночестве,
взаперти,
и праздную, среди прочих вещей,
их полное отсутствие,
ибо они – отсутствующие,

эти трепливые, тупые
простофили,
которые так проворны настаивать
в литературных журналах
и повсюду,
что я
не один
из них.

галерея негодяев (Чарлз Буковски)

(перевод с английского)

видел фото
Т. С. Элиота в молодости
и будь я проклят
если он не выглядит точно
как парень который бывало
болтал и хвастался
всю ночную смену
на почтамте в Лос-Анджелесе
рассказывая мне сколько раз
в этот день или в эту неделю
он переспал с женщинами
и скольких женщин
он вынужден был отвергнуть.

видел фото
Эзры Паунда
и будь я проклят
если он не напомнил мне
того тощего парня
который однажды
поймал кошку на товарной станции
и стукнув её головой о край вагона
убил
и освежевал в полторы минуты
и затем
держа на весу влажную шкурку
восхищался ею.
этот парень и Эзра были как близнецы
и у них была одна и та же
козлиная бородка.

видел фото
Ф. С. Фицджеральда
и он напомнил мне
того парня который рассказывал
что часто проводит свободное время
в общественной уборной
подглядывая за мальчиками
через глазок в перегородке.
- если они не знают что на ними следят
это не имеет значения, -
сказал он мне.
я возразил что имеет
в какой-то мере.
Read more...Collapse )

Рождён доходить (Чарлз Буковски)

(перевод с английского)

я сидел в общей камере,
и у всех сокамерников были наколки:
РОЖДЁН ДОХОДИТЬ
РОЖДЁН ПОДОХНУТЬ

каждый из них мог свернуть цыгарку
одной рукой.

если бы я упомянул Уоллеса Стивенса
или даже Пабло Неруду,
они сочли бы меня сумасшедшим.

я мысленно присвоил моим сокамерникам имена:
этот был Кафка
тот был Достоевский
этот был Блейк
тот был Селин
и вон тот был
Мики Спиллейн.

я не любил Мики Спиллейна.

и, конечно, вечером, когда погас свет,
мы сцепились – кому спать на
верхних нарах.

кончилось тем, что никому из нас не достались
верхние нары -
каждому достался карцер.

выйдя из одиночки,
я обратился к тюремщику:
я сказал ему, что я писатель,
чувствительная и одарённая душа
и что я желаю работать в библиотеке.

он добавил мне ещё двое суток карцера.

когда я вышел, меня отправили в обувной цех.

я работал с Ван Гогом, Шопенгауэром, Данте,
Робертом Фростом
и Карлом Марксом.

Спиллейна они отправили штамповать номерные знаки.

Достоевский (Чарлз Буковски)

(перевод с английского)

Достоевский -
у стенки, расстрельная команда готова.
затем приходит помилование.
что если бы они расстреляли Достоевского?
до того, как он написал всё это?
я предполагаю, что это не имело бы
прямого
значения.
миллиарды людей
никогда его не читали и никогда
не прочтут.
но я знаю, что меня, молодого человека,
он пронёс через фабрики
и бордели,
приподнял меня высоко во тьме
и доставил
в лучшее место.
даже в баре,
пьянствуя с другими
отщепенцами,
я был рад, что Достоевского
помиловали;
помиловали меня,
позволили мне смотреть прямо в эти
протухшие лица
моего окружения,
где правит смерть;
безупречный алкаш,
я держался стойко,
разделяя зловонную мглу
с моими
собратьями.

поэтические чтения (Чарлз Буковски)

(перевод с английского)

поэтические чтения, должно быть, самые грустные,
самые суетные события из всех возможных:
сборище заговорщиков и заговорщиц,
неделя за неделей, месяц за месяцем,
год за годом,
стареющих вместе,
читающих перед малочисленной публикой,
всё ещё надеясь, что гений их будет
открыт,
диктующих на ленту вместе,
на диски - вместе,
потеющих ради аплодисментов;
они читают, в сущности, друг для друга и
друг другу,
они не в силах найти издателя в Нью-Йорке
или
в окрестностях,
но продолжают читать и читать
в поэтических дырах Америки,
никогда не смущаясь,
никогда не допуская, что
их талант слишком мелок,
почти невидим;
они декламируют вновь и вновь
своим сёстрам, братьям, жёнам, мужьям,
своим друзьям, остальным поэтам
и кучке идиотов, забредших
в зал
из ниоткуда.

мне стыдно за них,
мне стыдно, что они должны заводить друг друга,
мне стыдно за их лепечущий эгоцентризм,
за их безволие.

если это наши творцы,
пожалуйста, пожалуйста, дайте увидеть что-нибудь другое:

пьяного сантехника, сбивающего кегли,
недоросля, сдающего экзамен в четвёртый раз,
жокея, ведущего коня вдоль барьера,
бармена, закрывающего ночной бар,
официантку, подающую мне кофе,
пьяницу, уснувшего в пустынном проходе,
собаку, гложущую сухую кость,
слона, пукнувшего под куполом цирка,
автоаварию на фривее в час пик,
почтальона, отпускающего пошлые шутки -

всё что угодно,
всё что угодно,
только
не это.

Стихи сду.ру

ИЗ АРХИВА НКВД

Личности бывших апостолов
полностью нынче опознаны.


СТАНЦИЯ РАЗЛИВ

Заглянул в пустой шалаш -
кепка там... А где чуваш?!


ЗАПРОС В ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ШТАБ

Все ль джигиты-ваххабиты
поголовно перебиты?!


ОРЛЫ

Двуглавый орёл совершает полёт,
а горный - кровавую пищу клюёт.
Клюёт и бросает, и гложет скелет,
и вымолвить хочет двуглавому: "Нэт!"


ДЯДЯ СТЁПА

Тому дивится вся Европа,
что троекратно дядя Стёпа
нас тухлым гимном одарил
и, в гроб сходя, благословил.


ДЕНЬ ЗАЩИТНИКА

По стойке "смирно!" встану спозаранку.
Дурдом замрёт, торжественность храня.
И, бросив руку кверху, под кубанку,
Я крикну: "Пролетарий, на коня!.."


ПАМЯТИ ТУРКМЕНБАШИ

В Туранской низменной пустыне,
Там, где Ахалский велаят,
Осиротел народ отныне,
И скорбно ишаки трубят...


ПЯТАЯ ИМПЕРИЯ

Гадает сонный улус:
не нагрянет ли снова урус?


ПОДРАЖАНИЕ ПРОХАНОВУ

Не говори мне больше про Версаче!
У нас, в Рязани, брюки шьют иначе.


РУССКАЯ ИДЕЯ

Смесь невежества и чванства
с долей солженицшеанства.


ЭПИТАФИЯ СОБАКЕ

У попа была собака -
он её убил,
потому что беззаветно
Родину любил.


ТОРМОЗ ВЕСТИНГАУЗА

Долго искал я в томах Брокгауза,
почему не сработал тормоз Вестингауза.


ЕЩЁ СКАЖУ

При виде последствий радиации,
как презренны все конституции!


ПАССИОНАРИЙ

Шёл по улице торговой,
встретил - морда-калита;
толстощёка, густоброва,
бычьей кровью налита.


СКОРОМНОЕ

Старец Питирим
уехал пити в Рим.


ПАРИЖ

Выхожу из вагона в Париже -
немонгольские лица вокруг.


ГОЛУБКИ ПИКАССО

Голубки
Пабло Пикассо
всю площадь,
падло, обосрали!


ВЕРНИСАЖ

холсты-парусины
вокруг ни псины
напикассили
пся крев


ДИССЕРТАЦИЯ

Анжамбеманы Джамбула Джамбаева.


НЕДОУМЕНИЕ

Напишешь просто, тривиально -
и прут читатели повально.
Напишешь стильно, мирово -
впустую, блин, - ни одного...


ПОЭТАМ АНДЕРГРАУНДА

Котельны юноши! Вы принимали муки.
Не вы резвились средь лугов и рощ.
И в словаре задумчивые внуки
За словом "бомж" напишут слово "борщ".


НОВГОРОДСКИМ КРАСАВИЦАМ

Здесь не насиловал монгол -
породу викинг произвёл.


ЭКЗИСТЕНЦИЯ

Зашёл в дурдом - канает Herr...
- Простите, вы не Хайдеггер?
- Нет, - отвечает старый вор. -
Хожу под кличкой - Кьеркегор.

проститутке, которая унесла мои стихи (Чарлз Буковски)

говорят, что не надо раскаиваться в стихах,
а быть абстрактным,
и в этом есть какой-то смысл,
но боже, двенадцать стихов пропало,
и у меня нету копий с них,
и ты унесла, к тому же, мои лучшие картины;
это удушающе:
неужели ты пробуешь раздавить меня,
как и все остальные?
отчего ты не украла деньги?
обычно, они шарят в карманах
у спящих по углам пьяниц.
отними мою левую руку в следующий раз
или возьми полсотни, но не мои стихи:
я не Шекспир;
и однажды, просто, не станет никаких:
ни абстрактных, ни иных;
всегда будут деньги, шлюхи и пьяницы,
до самой последней бомбы,
но как сказал Господь,
скрестив свои ноги:
я знаю, что сотворил обилие поэтов,
но не очень много поэзии.

Крылышкуя золотописьмом

Сетературная драма


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Дарья Орлицына, известная журнальная поэтесса

Леон Ёлкин, значительный поэт, руководитель Проекта

Серж Блерио, поэт, франкоман, модератор Проекта

Ипполит Перебийнос, графоман хулиганского толка, неудачник

Гости, туристы, знаменитости, участники заплыва, дегустаторы,
дамы лёгкого и строгого поведения


Плохоосвещённая набережная Коктебеля, мелькают знакомые лица.
Бодро, с гитарой в руке, проходит Коровин.



Входит Леон Ёлкин.

Спасать Проект, спасать любой ценой!
Я даже в ноги изгнанным поэтам
паду, клянясь с повинной головой
к ним относиться с большим пиететом.
Серж Блерио - источник зла:
использует свирепую цензуру.
Сменить, сменить бодливого козла
и снова вольность влить в литературу!

Серж Блерио (появляясь).

Ах, вот как вы заговорили, босс?
Я вам не "казачок" на побегушках!
А кто меня заменит? Вот вопрос...
Кто лестное нашепчет вам на ушко?
Я знаю, Ипполит Перебийнос
отчаянно на место это метит.
Но как такой, простите мне, барбос
сарказм или иронию заметит?

Уходит уверенной походкой.


Входит Дарья Орлицына (задумчиво).

С тех пор, как ты забронзовел, о мэтр,
к твоим ногам слагаю я цветы.
Трагична участь русского поэта...
Прости меня, что перешла на "ты".
Что я могу сказать, бесценный пан?
В стихах не передать всего волненья.
Болтают, что при жизни грубиян
ты был невиданного самомненья.


Леон Ёлкин (в зал).

Какой там Рейн, какая там Барто?..
Нигде, нигде; никто, никто, никто!
И усомниться даже неприлично:
как научающе, как точно, как лирично...

Серж Блерио (появляясь).

Кто "хрен" сказал? Прошу не выражаться!
Поэты, блин... Ну как не оборжаться?..
Кретины, варвары, разбойники пера!

А что идёт сегодня в Opera?

Уходит.Read more...Collapse )